Гермес

размещено в: Блог | 13

ЗаписатиРешила выложить небольшой рассказик свой. Встреча была в действительности 🙂 Самое смешное, мы встретились потом еще раз — тоже в метро. И да. Я люблю странных людей.

Гермес

  О самой необычной встрече в моей жизни.

  И, знаете что? Посвящаю Марике Ми, которая вчера сделала «шаг к себе», и ее чудесам.

 

Сначала я заметила его белые кроссовки. Сами по себе они были совершенно не примечательные, разве что сияли белизной в пасмурный и довольно слякотный день посреди переполненного вечернего перрона метро. Парень ходил между людьми, внимательно всматриваясь в лица — будто кого-то искал, или нет — скорее всего, просто изучал их. Интересно, как бы вы отреагировали на незнакомца, который мог подойти к вам и молча рассматривать ваше лицо? С некоторыми он заговаривал, обменивался парой фраз, коротко улыбался — так, одним уголком губ, всего на секунду, — и шел дальше. Люди смотрели на него по-разному: кто со смехом, кто с презрением — поверх очков, кто возмущенно, но ему, казалось, не было совершенно никакого дела до их эмоций. Насколько легко они заинтересовывали его, настолько просто и лишались его внимания.

Поезд все не ехал, и парень в белых кроссовках, смешно пиная ногами воздух при ходьбе, прошел мимо меня. Позади стоял иностранец с какой-то девушкой, похоже, знающей английский так же хорошо, как я — китайский. Иностранец — смуглый, кучерявый, с мокрым от геля чубом, — важно улыбаясь, ворковал со своей собеседницей. Странный тип остановился прямо возле него, уперев руки в бока, и без промедления включился в дискуссию. Разобраться в их разговоре было трудно и, как ни странно, лучше всего я понимала именно иностранца. Ему все не давал покоя вопрос, как это Украина перестала быть Советским Союзом — объяснение девушки, как она ни старалась, все равно скатывалось до «Kyiv is the capital of Ukraine. I get up at seven o»clock», а «белые кроссовки» вдруг стал цитировать Шевченко, перемежая стихи парой английских слов.

Наконец подошел поезд, утомленные ожиданием граждане черной толкающейся волной хлынули в вагон. Мне даже повезло усесться и, только я отвернулась, чтобы поправить пальто, кто-то резко «подвинул» меня в сторону.

— Здрасте. Сегодня будем вместе ехать, — совершенно серьезно заявил мне «городской сумасшедший», и добавил, слегка наклонив голову: — Ты, главное, меня не бойся.

Я согласно кивнула, понимая, что дорога предстоит из разряда «зато не скучно», и смущенно отвернулась в сторону. Наконец мне удалось рассмотреть его поближе. Темные волосы, достаточно длинная челка, которую он постоянно откидывал со лба резким движением головы, темно-карие глаза, в которых читалась легкая усмешка, хотя лицо его оставалось серьезным. На парне, кроме сияюще-белых кроссовок, были обычные джинсы и длинный теплый свитер, выглядывающий из-под дутой куртки, а в руках — рюкзак. От него пахло дорогой — какой-то странной смесью шампуня из дешевой гостиницы и теплой пыли. До первой остановки он ехал вполне смирно, только слегка постукивая подошвой по полу и продолжая с интересом рассматривать лица своих случайных спутников. А потом вдруг повернулся и показал мне язык.

Я недоверчиво прищурилась, с подозрением скосив на него глаза. Действие повторилось и я, приподняв от удивления брови, вдруг сказала:

— В Японии за такое могут и в лоб дать.

Он вытаращил на меня глаза, будто не ожидая, что я умею говорить.

— Ты японка?!

Я ухмыльнулась. Ну, конечно, в Японии все девчонки — голубоглазые блондинки.

— Слушай, а как по-японски будет лоб? Ну, чтоб я знал, куда бить будут, если что.

— Понятия не имею.

Он предположил, выдав пару звуков в стиле старых китайских фильмов, где губы актеров шевелились не в такт с прицепленной сверху русской озвучкой.

— Ты же это специально сказала, да? — продолжал он. — Типа, «о, я крутая, я была в Японии»?

— Но я там не была.

— Тогда откуда знаешь? Если тебя там не били в лоб.

— Просто читаю иногда. Если показать язык, это их оскорбит до глубины души.

Он смотрел на меня совершенно серьезно и осмысленно, невзирая на странную тему разговора. Десять вечера. Переполненное метро. И я с незнакомцем обсуждаю, за что в Японии могут дать в лоб. Фантастика!

Внезапно я поймала себя на мысли, что в действиях и словах этого парня лично для меня нет ничего странного или возмутительного. Он будто попал сюда откуда-то из другого мира, всего на пару часов, и искренне интересуется жизнью тысяч человечков, толкающихся у входа в вагон, обсуждающих политику и размышляющих о том, что приготовить на ужин. Его интересовал не тот гелеголовый иностранец и не я, а все люди в вагоне. Все люди в Киеве. Каждый человек на планете Земля. Он вдруг напомнил мне старый миф, в котором один из древних богов решил погулять среди людей. Какой-нибудь Оэнгус, или Дионис, или… нет, больше всего он был похож на Гермеса — крылатого посланника Олимпа. И он будто принес лично мне весточку из моего мира. Потому что — самое главное — он вел себя как мой персонаж. Один из тех, о ком я думаю сутки напролет, чьи диалоги оттачиваю, прежде чем выложить на бумагу, чьим удачным шуткам улыбаюсь, и чьи корявые поступки переписываю до седьмого пота. Я вполне могла написать его. Эта мысль вдруг воодушевила меня. Я понимала, кто он и что он, хотя видела впервые в своей жизни.

— Интересно тут у вас, — заметил парень, разглядывая рекламу на потолке.

— У нас — это в Киеве?

— Ну… да, — он загадочно улыбнулся — снова коротко, приподняв и быстро опустив уголок рта. — Нам пора выходить.

И, не успела я возразить, что мне нужно совсем на другую остановку, он потащил меня за руку из вагона.

— Эй, ну ты нормальный вообще?! — возмутилась я, провожая взглядом поезд. — Мне выходить не на этой станции!

— Какая разница, эскалаторы везде одинаковые, — хмыкнул он, поправив рюкзак. — Пошли.

Мы поднялись наверх, кажется, это была «Печерская». У входа уже собирала газеты с раскладки замерзшая, с покрасневшим носом продавщица. А напротив еще работал ларек с горячими льежскими вафлями.

— Хочешь вафлю? — будничным тоном спросил мой странный спутник.

И я вдруг поняла, что нет. Вот совершенно не хочу есть и даже одуряющий запах ванили сейчас меня не соблазнит.

— Ну и правильно, — кивнул он, будто прочитав мысли. — Потому что я все равно не собираюсь тебе ее покупать.

Я засмеялась и закатила глаза, а он, снова тряхнув головой, избавляясь от надоедливой челки, направился к собирающейся тетке. Пару минут они поговорили о чем-то, на лице женщины вдруг расцвела улыбка. Порывшись в сумке, она протянула ему тугую пачку маленьких квадратиков и я не сразу поняла, что это. Парень сунул ей деньги, похоже, больше, чем полагалось, и вернулся ко мне.

— На, держи.

— Что это? — удивленно улыбнулась я.

— Календарик с футболистом.

— О, Боже. Значит, вафля мне не полагается, зато… с чего ты взял, что я обрадуюсь календарику с… — я бросила взгляд на картинку и обомлела. — Да это же… Шовковский. И я… правда рада!

Парень довольно закивал, наставив на меня палец.

— Ага! Вот видишь! А я ведь не знал, что ты шаришь в футболе!

— Я думала, таких уже не выпускают. У меня был такой в детстве, — я завороженно рассматривала свой подарок. — Я обклеила его скотчем, чтобы не потерся. Но вероятность того, что я приду в восторг от футболиста скорее, чем от горячей пахучей вафли, была практически равна нулю.

— Но она была, — парень глянул на меня исподлобья. — Главное — ты удивилась. Надо всегда выбирать тот вариант, где есть хоть маленькая вероятность того, что ты можешь удивиться.

Мы пошли вдоль оживленного проспекта — мимо пролетали дорогие и не очень машины, нервно сигналили, люди огибали нас и мчались к спуску в метро. Проходя мимо круглосуточного магазина цветов, я вдруг остановилась и сказала:

— Подожди минутку.

«Белые кроссовки» согласно кивнул, хотя я не сомневалась, что, когда я выйду назад на улицу, его там уже не будет. Но я ошиблась. Через пару минут, когда я вернулась, он стоял на том же месте, не шевелясь, и, чуть склонив голову набок, наблюдал за прохожими. Я постучала его по плечу и вручила маленький горшочек с чахлым молодым фикусом.

— О, отлично, — широко улыбнулся мой товарищ и я впервые увидела, как он улыбается искренне, а не как заинтересованный исследователь над подопытными животными. — Назову его Сергеем.

— Почему? Тебя зовут Сергей?

— Нет. Просто он выглядит, как Сергей, — серьезно заверил он и мы пошли дальше — без цели, молча, разглядывая шумный город и его суетное население.

— Почему они такие? — вдруг нарушил он паузу, зависшую между нами. — Куда-то бегут, ругаются, толкаются, напяливают на себя офисные костюмы, берут кредиты на машину… Живут мыслями о квартальном отчете и коммунальных платежах. О том, что приготовить на ужин. О том, сколько месяцев осталось до отпуска. Они хоть понимают, как смешно, когда твоя мечта — крутая тачка, пост директора, поездка на Канары (обязательно на Канары, а не в Кению, например), — такая же, как у миллионов твоих собратьев? Маленькие одинаковые человечки, все хотят машину, желательно представительского класса. И никто не думает, что если машины будут у всех, по улице просто не проедешь!

Я покачала головой.

— Я не хочу машину. Совсем.

— Это хорошо, — согласился он, и продолжил: — Просто им же кричат — эй, постойте, ну разве так можно? Это же жизнь! Жизнь, понимаете? Остановитесь, подумайте: как это интересно! Им говорят об этом в кино, в книгах, на вывесках, даже в очереди могут сказать. А они все равно как заведенные: будильник-кофе-дорога-работа-дом-спать. Потом в один момент — хлоп! — и помер.

— Ну, знаешь, не все люди работают сутками потому, что им это нравится. Просто всем хочется кушать. И иметь крышу над головой.

— Это да, — снова кивнул парень. — Но они живут этим. Я имею в виду — только этим. Неужели они сами не понимают, какие они потрясающе, удивительно, ошеломительно скучные?!

В темноте я почти не видела его лица, но мне показалось, его выражение в этот момент очень грустное. И на меня тоже нахлынула печаль. Но не потому, что мне стало жалко миллионов человечков в офисных костюмах. А потому, что я вдруг поняла, что меня, в основном, окружают именно они. И сколько не кричи: «Мечтай! Прыгни с парашютом! Займись рисованием!» — никто этого не услышит. Просто потому, что они живут в какой-то параллельной вселенной, отделенной от меня непроницаемым куполом. Улыбаются, кивают, вроде понимают. «Я пишу романы». — «А, да, я тоже в детстве пописывал». И оттого так странно ощущать кого-то «по мою сторону» этой преграды.

— Им бы всем — немного страсти. Чуточку. Капельку того, от чего напрочь сносит башку, — снова грустно сказал мой спутник. — И мир бы расцвел красками.

— У меня есть страсть.

— А я понял. И именно поэтому ты идешь сейчас рядом со мной и мы обсуждаем «их». В другом случае ты бы бежала навстречу со стеклянными глазами. Потому что нормальные девушки не шарятся по улице с малознакомым типом в одиннадцать часов вечера.

Я улыбнулась. Мы дошли до следующей станции метро и молча спустились. На платформе никого не было, а часы показывали, что поезд только что уехал. Парень постоял рядом со мной пару минут, а потом тихо произнес:

— Ладно, я пошел. Мне все равно в другую сторону.

— Но ты же раньше ехал в мою!

— То было раньше. Давай, пока.

Он побрел по платформе, смешно выбрасывая ноги вперед и прижимая к груди мой облезлый фикус.

— Эй, подожди, — вдруг крикнула я и эхо повторило мой голос в глубинах тоннеля. — Ты кто такой вообще?

Парень повернул ко мне голову и снова привычно улыбнулся — молниеносно, одним уголком губ. И ничего не ответил. Я еще долго смотрела, как ослепительно сверкают его белые кроссовки в приглушенном белесом свете станции, пока он не скрылся из виду.

Крылатый Гермес, посланник богов.

2012 год.

13 ответов

  1. Сергей (не фикус)

    Спасибо!

  2. Механик

    Хороший рассказ!
    Я, кажется, догадываюсь, кто это был. Это было одно из предыдущих путешествий Вонана-19.
    Наверное, после Киева он и решил отправиться в Рим…

    • Снежинка

      Увы, не знаю, кто это)

      • Механик

        Это герой романа Роберта Силверберга «Маски времени». Я вообще не любитель Силверберга — но эта вещь мне понравилась и застряла в памяти… ))
        http://www.litmir.info/br/?b=110555

  3. Инна

    занимательная история, а таинственный спутник напомнил Доктора из Doctor Who

  4. Коста

    Когда замечаешь неправдивость в мелочах,как то не верится в главное,что хотел сказать автор…

    • Снежинка

      Если беретесь критиковать, называйте то, чем недовольны. Иначе это вкусовщина.

  5. Коста

    1.Нет возле м.Печерская ни одного проспекта. 2.Десять вечера. Переполненное метро. — в такое время такое бывает тока после футбола. 3.Горшочек с фикусом в круглосуточном цветочном магазине — верится с трудом,скорее карликовый бамбук. 4.Показывание языка в Японии является легким оскорблением тока среди детей,но надо дополнительно оттянуть вниз веко. 5.В 22.00 раскладки с газетами давно закрыты. Вообщем понравилось,может потому,что напомнило Сент-Экзюпери,особенно вспомнилось это — Важно идти, а не прийти куда-то, ибо приходим мы только в смерть. Не сердитесь,я любя…

    • Снежинка

      О господи.
      Читайте текст, а не ищите блох!

      1. Возможно, я неправильно назвала улицу. Но в моем понимании, это ВООБЩЕ НЕВАЖНО. Проспект или бульвар Леси Украинки.
      2. Переполненное метро в 10 вечера — легко. Когда электрички по зеленой ветке ходят раз в 8-10 минут, то набивается дофига людей без всякого футбола. И эта часть как раз реальна — именно так все и было. Эта встреча случилась 13 октября 2012 года, если вам это важно.
      3. Можете не верить, но я видела различные растения, в том числе и фикусы, в круглосуточных и не круглосуточных цветочных магазинах.
      4. Про Японию я действительно сказала, но я не знаю, зачем это я сказала. Это НЕПРИДУМАННАЯ ситуация, это быль, е-мае. Может, японцы и не такие обидчивые.
      5. Да прямо все закрыты! Ну вы еще пройдитесь по Киеву и сфоткайте их, чтоб доказать, какую ужасную ошибку я совершила и как жестоко обманула читателей!

      В общем. Я к критике отношусь позитивно, но с таким подходом, как у вас, проще вообще ничего не читать, а то, знаете ли, бога тоже никто не видел, да и единорогов, а уж что говорить об альтернативной истории…

  6. Коста

    Просто я живу на бульваре Леси Украинки и очень долго. Ну нет там круглосуточных цветочных. Про Японию могу говорить долго,особенно о воспитании там детей,был там.Молодые писатели не любят критику,это аксиома. Ну не сердитесь пожалуйста,просто бул.Леси и Бассейную я знаю как свои пять пальцев. Извините,совсем не хотел обидеть…

    • Снежинка

      Господи, да я не молодой писатель, а закаленный уже давно. Это просто не критика, а словожуйство, уж простите.

  7. Коста

    Я больше не буду…